Библиотека

25.11.2013

Парад приоритетов

Владимир Квинт, Профессор международного бизнеса Высшей школы бизнеса Ласальского университета, заведующий кафедрой финансовой стратегии Московской школы экономики МГУ имени М.В. Ломоносова, иностранный член Российской академии наук, член Бреттон-Вудского комитета 
 
Наука, туризм, транзитный потенциал и интересы России в Арктике – вехи долгосрочного развития Петербурга

Со Стратегией развития Петербурга до 2030 года я ознакомился достаточно детально. Группа экспертов сейчас занимается оценкой документа, но не для того, чтобы его раскритиковать или, наоборот, похвалить, а чтобы показать, что нужно доработать, чтобы это был документ реальный, в котором не было бы «хотелок», как, например, в Концепции развития страны до 2020 года, где есть желания, но нет ресурсного обеспечения – этакий набор добрых пожеланий друзьям.

Стратегия позволяет выявить приоритеты, причем не только субъектов стратегирования, но и национальные приоритеты России, которые локализованы в городе, и сконцентрировать на них ресурсы. А вопросы социально-экономического развития надо рассматривать с точки зрения не таких широких пожеланий, а имеющихся ресурсов, которые позволят повышать качество жизни прежде всего в регионах концентрации стратегических интересов страны в целом. Стратегия-2030 так и разработана, хотя есть над чем работать дальше.

Какова последовательность разработки Стратегии? Вначале выясняются интересы региона, на их основе строятся приоритеты. Под приоритеты уже ищутся конкурентные преимущества, которые могут быть в объекте стратегирования – в данном случае в хозяйстве Петербурга. И когда приоритеты не обеспечены такими конкурентными преимуществами, возникает альтернатива – или создать их, или не осуществлять реализацию данного приоритета, если это будет дорого, неэффективно и т.д.

В первую очередь определяются приоритеты развития страны в целом, локализованные в регионе, далее – приоритеты Северо-Запада, затем – самого города.

А после этого определяются конкурентные преимущества. Они тоже имеют свою иерархию. Есть конкурентные преимущества, которые, несмотря на экономические сложности, в постсоветский период сохранились и даже усилились. Их нужно использовать в первую очередь. Затем – конкурентные преимущества, где имеется отставание, но при определенном ресурсном обеспечении его можно компенсировать. И далее – те, что появились в результате новых научных исследований, новой комбинации факторов расширенного производства, которые сформировались в городе. Такие конкурентные преимущества могут реализовать приоритет. А после этого уже приоритеты декомпозируются в цели. Цели обычно имеют только временной горизонт, без ресурсов. А уже задачи концентрируются в ресурсах. Главный фактор в стратегическом документе – экономия времени. Как говорил Наполеон, пространство можно вернуть, а время не вернешь.

Предыдущие долгосрочные документы, которые разрабатывались в Петербурге, да и во всей стране, ориентировались на комплексное развитие, «размазывание» весьма ограниченных средств по всей территории. Кроме того, стратегии строились исходя из проблем. В Стратегии-2030, в том числе в ее доработанных версиях, мы будем стремиться к тому, чтобы она ориентировалась не на проблемы, а на приоритеты. На комплексное развитие средств нет. А проблемы должны решаться в процессе достижения этих приоритетов.

Не страшно, когда работа над Стратегией противоречит когда-то принятым документам. Сегодня мы работаем с небольшим опережением. Только что в Госдуме прошел первое чтение государственный закон о стратегическом планировании. Он во многом улучшает законодательную основу и подзаконные акты, которые сегодня ограничивают правильное использование стратегических подходов к экономике и социальной среды территорий для реализации приоритетов страны. Это позитивная динамика. Хуже было, когда  вообще выкинули всю систему планирования, а слово «стратегия» чуть ли не запрещалось произносить. Сейчас другая проблема. Слово «стратегия» проходит период инфляции, и его произносят, когда нечего сказать.

Если говорить о роли Петербурга и внимании к городу в масштабах страны: в стране в целом сегодня на одного жителя приходится примерно 20 долларов прямых иностранных инвестиций, в Петербурге – примерно в три раза больше. Много это или мало? Это очень мало. По моей оценке, 1 тыс. долларов – вот та веха, когда прямые иностранные инвестиции превращаются в фактор экономического развития. А раз до этой цифры далеко, значит, требуется большая концентрация прямых иностранных инвестиций, требуется оздоровление климата, чтобы внутренние инвестиции и внутренний потенциал концентрировались на внутренних интересах и сформированных для их реализации стратегических приоритетах. В Петербурге есть огромный научный потенциал – это объективно. В городе великолепный потенциал для  развития туризма. Вклад туризма как отрасли в мировой экономический продукт – 9%. В таком городе, как Петербург, туризм должен приносить минимум 15-18%, а то и все 20. Третье – это транзитный потенциал. Самых наукоразвитых стран, где экономика знаний стала лидирующей отраслью, всего несколько. Это Скандинавские страны: Швеция, Норвегия, Дания. Ну а из далеких – Южная Корея и Израиль. Мне кажется, развитие отношений с этими странами, особенно со Скандинавией, также должно быть стратегическим приоритетом для Петербурга. И наконец, последнее – это стратегические интересы России в Арктике.

Источник



Возврат к списку